[Не] простить...
4 ноября 2016
Генри Абрамович рассказал нам о двух традициях обходиться с виной и прощением — христианской и иудейской.

В христианской традиции простить обидчика — личное дело самого обиженного, то есть интрапсихический процесс. Попросит прощения обидчик или нет — дело второе... Или даже десятое. Основа, осевое понятие христианства — прощение. «Прости им, ибо не ведают, что творят»... Простить, отпустить вину — это разговор души (обиженного) и Бога.

Юнгианский аналитик. Вице-президент РОАП
Совсем не то — иудейская традиция. Попросить прощение и дать (или не дать) его — отношение двоих внутри конфликта. Двоих Людей. Без просьбы о прощении и признания своей вины самим обидчиком это прощение не может быть дано. И Бог в эти отношения двоих не должен (не может?) вмешиваться. Эти отношения ему неподвластны.

Я много перечитала в свое время литературы о прощении. Большинство авторов сходились, что — надо прощать, не надо носить в сердце обиду, это, мол, неполезно... Даже если обидчик и не просит у тебя извинения. И только буквально пара авторов говорили другое. И их позиция мне как-то больше импонировала...

Теперь мне это понятнее ...

И — важную вещь добавил еще Генри — анализ вне религий, поэтому решить — простить ли, не прощать, извиняться, извинять — решать все же каждому придется самому. В каждом конкретном случае.

Для меня все же вторая «версия» кажется более ответственной, что ли. Бог же, пожалуй, не снаружи... Он, как и «внутренний аналитик» — всегда с тобой...

Теперь про «тикун». Это слово означает порядок, или возможность исправить непорядок. По крайней мере, я поняла так. И тот, кто нанес обиду, тем самым нарушил мировой порядок, и мир стал хуже. В чем смысл извинения (из-винение — изъять вину)?

Это не просто признание своей вины. Тикун означает возможность снова наладить испорченный порядок в мире. Иногда для этого надо даже «вернуться» тем или иным образом в то место, или в ту ситуацию, где порядок и красота мира были нарушены. Попасть снова в то «треснувшее» место и постараться починить ту трещину.

Слово «тикун» не раз звучало на Школе. Темы лекций переплетались одна с другой, дополняли, продолжали одна другую. Вина, обида и прощение. Тень — личная, коллективная, архетипическая. Зло. Я и Другой. И Иной (Чужой). И опять — Тень, вина, принятие, прощение. И понимание, что Другой не менее важен, чем Ты. А, может быть, более важен.

И — конечно, на этой земле, где, по выражению Иегуды Абрамовича, «Бог очень близко» — конечно, говоря о Тени и Зле, в себе и в Другом — нельзя было не говорить и не чувствовать о нем, о Боге.